НАЦИОНАЛ-БОЛЬШЕВИСТСКАЯ ПАРТИЯ Белгородская региональная организация

Жалоба.

22 мая около 2 часов ночи я, Петренко А.Н., Дрогомерецкий М.В., Соловьев А.Г. были остановлены сотрудниками милиции в районе остановки "Кинотеатр Родина". После вопроса, есть ли у нас колющие и режущие предметы, меня обыскали и посадили в легковую машину, на которой привезли в отдел милиции №3, туда же привезли и остальных товарищей. Некоторое время мы стояли в холле дежурной части, после чего нас начали разводить по одному в разные комнаты. Меня привели в какой-то кабинет на 3 этаже и начали задавать вопросы. В комнате присутствовал всего один сотрудник милиции. Он спросил мою фамилию, имя, отчество, место работы, домашний адрес, после чего начал задавать вопросы, касающиеся расклейки листовок. Через какое-то время в комнату вошли еще 3 человека в штатском. Я их смогу опознать. Они начали надо мной издеваться, задавать вопросы, не имеющие отношения к делу: "Ваш Лимонов пидорас, может быть, ты - тоже? Почему ты до сих пор не женат? Ты знаешь, что на зоне тебя сразу "опустят"" и т.д. Спрашивали о МОО "Национал-большевистская партия", о том, кто руководитель, какие цели и задачи, кто еще состоит в этой организации, их имена и фамилии, адреса и т.д. Со мной разговаривали в грубой форме, употребляя постоянно нецензурную брань. А затем начали бить. Они говорили: "Скажи, кто конструктор торта?" Я не понимал, о чем они спрашивают и сказал им об этом. "Значит ты еще ни хера не понял. У тебя два выхода - или в тюрьму, или все расскажешь как было." Затем сотрудники правоохранительных органов пояснили, что требуют у меня признательных показаний по делу о муляже взрывного устройства, подложенного к зданию областной администрации несколько дней назад. Я сказал, что узнал об этой истории только сегодня из прессы, по-моему, это была газета "Смена". На что один из сотрудников ответил: "Я знаю, чего ты в данный момент боишься. Что тебя ударят. Расслабься, тебя ударят, когда ты не будешь к этому готов. Твои товарищи уже все про тебя рассказали, расскажешь и ты. И про себя, и про них. Сделаем у тебя дома обыск, будь уверен-все подтвердится, и ты сядешь. У тебя еще есть время подумать. Сейчас мы пойдем беседовать с остальными, а потом вернемся и ты нам все расскажешь. То, что до этого мы тебя били - это еще цветочки, имей в виду."

Затем сотрудник милиции дал мне подписать какую-то бумагу, я не знаю точно, что там было написано, поскольку был в шоковом состоянии. Потом меня привели на первый этаж, в комнату, где я отдал находившиеся при мне предметы (ключи, паспорт, ремень и шнурки). После этого были сняты мои отпечатки пальцев, меня сфотографировали и посадили в камеру. Все это было уже под утро, то есть меня били и допрашивали всю ночь. В камере я находился недолго. В 6 часов утра меня повезли в город, чтобы я показал, где именно мы расклеивали листовки. Затем меня снова отвезли в отдел милиции № 3, где опять допрашивали, били и издевались. Все это продолжалось примерно до 10 часов утра, я уже потерял счет времени. Затем меня, Петренко А.Н. и Соловьева А.Г. повезли в городскую прокуратуру. По дороге я узнал, что над товарищами тоже издевались подобным образом, Соловьева А.Г. били, его одежда стала грязной. В прокуратуре меня опять стали допрашивать. В районе 19 часов меня отправили в УВД г. Белгорода к Неклюдову М.А. Отпустили около 1 часа ночи, сказав предварительно, что прятаться не имеет смысла, что от "помощи" следствию будет зависеть моя свобода и дальнейшая судьба. После чего сказали, что если я буду нужен, меня найдут.

Мои товарищи до сих пор находятся под следствием, хотя они ни в чем не виноваты. На них точно так же, как и на меня, было оказано давление следственными органами и работниками ФСБ. Я не понимаю, почему в нашем, якобы демократическом, государстве применяются методы, о которых я читал в книгах про сталинский режим, про режим фашистской оккупации и т.д. Сейчас я на свободе, но меня волнует ситуация, которая сложилась в нашей стране в целом и в г.Белгороде, в частности, когда любой человек, ни в чем невиновный, может быть подвергнут таким издевательствам. Все действия следственных органов, сотрудников ФСБ, я расцениваю как заказные. Нас преследовали и преследуют по политическим мотивам, пытаясь достичь при этом как минимум трех целей, ни одну из которых нельзя назвать законной и хоть сколько-нибудь правомочной: 1) привлечь хоть кого-нибудь по делу о муляже взрывного устройства, т.к. "обижен губернатор" и дело должно быть раскрыто в кратчайшие сроки; 2) устранить хотя бы на время предвыборной компании людей, занявших активную гражданскую позицию, отличную от той, которая устраивает властьпредержащих; 3) помешать регистрации МОО "Национал-большевистская партия" как политической партии.

Прошу дать оценку законности действиям работников правоохранительных органов, а также привлечь к ответственности лиц, причастных к ущемлению моих конституционных прав. Указать работникам правоохранительных органов на недопустимость проведения незаконных задержаний, досмотров, обысков, преследования по политическим мотивам, применения физического и психического насилия и других ущемлений конституционных прав личности.